Академик А. С. Кривов: «Всякое наглядное - отражение глубинного»

Автор

Наше знакомство с учёными-градостроителями продолжает интервью с академиком Международной академии архитектуры, лауреатом Государственной премии РФ, Президентом АНО "Национальное градостроительное общество", научным руководителем ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» Александром Сергеевичем КРИВОВЫМ.

- Александр Сергеевич, в советское время  ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» был известен на всю страну под названием «ЦНИИП Градостроительства».  До сих пор не все знают, что наш институт и знаменитый ЦНИИПград – это один и тот же бренд. Очень интересно узнать детали истории нашего института  от ученого,  чья  трудовая биография давно и плотно связана с ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России».

- «ЦНИИП Минстроя России» – институт с хорошей историей. Под именем «ЦНИИП градостроительства» он много десятилетий был ведущей в СССР проектной организацией в сфере градостроительства. Институт работал напрямую с Госгражданстроем СССР,  c многими республиками, крупнейшими городами  и был включен в наиболее крупные программы союзного значения.

Непосредственное сотрудничество с «ЦНИИПградом»  началось  для меня в 1987 году, когда я стал заместителем председателя Госгражданстроя, отвечающим  за градостроительство. Время было очень горячим,  продолжалась напряженная работа по ликвидации последствий Чернобыльской аварии, а в 1988 году страну постигло ещё одно разрушительное событие – Спитакское землетрясение в Армении.  И ЦНИИПград принимал самое деятельное участие в работе по восстановлению разрушенных территорий.

Тогда разработка проектной документации соседствовала с теоретическими исследованиями и  разработкой  ключевых союзных документов стратегического уровня 80-х годов. Взаимно обогащаясь, эти два направления позволили создать ряд  важнейших документов –  Схемы развития и размещения производительных сил страны, схемы расселения и размещения производительных сил крупных экономических районов, таких как Дальний Восток, Поволжье, союзных и автономных республик, областей. Были разработаны генеральные планы множества городов, а также подготовлены и утверждены основополагающие нормативные документы, и прежде всего – СниП 2.07.01-89 «Градостроительство.  Планировка и застройка городских и сельских поселений».  Актуализированная институтом  редакция этого документа в качества Свода правил действует и поныне.

В Российской Федерации специалисты института принимали участие в разработке наиболее ответственных документов федерального уровня, таких как Генеральная схема расселения на территории РФ, получившая Государственную премию  РФ в 1997 году; подготовка первого в истории новой России Градостроительного кодекса РФ (действовал  1998-2004 гг.), а также действующей редакции Градостроительного кодекса РФ (с 2004 г. по настоящее время).

В настоящее время «ЦНИИП Минстроя Росиии» обладает максимально  широким спектром возможностей, закрепленных Минстроем в рамках своей компетенции. По направлениям территориального планирования и градостроительного зонирования  имеется развернутая номенклатура проектов по Республике Крым. Специалисты института принимали участие в подготовке концепции пространственного развития Севастополя.

Продолжается работа по направлениям, традиционным для  института. Это - участие в обсуждениях и подготовка собственных предложений по программам пространственного развития России, в частности  по развитию Балтийского макрорегиона страны –  северо-западного экономического района и города Санкт-Петербурга в СЗФО; принципам градостроительного обеспечения программ территориального развития дальневосточного макрорегиона; градостроительным принципам развития малоэтажного жилищного строительства в стране и  ряду других направлений.

По большинству  отмеченных здесь позиций   мне доводилось принимать самое плотное участие в работе и быть руководителем творческих коллективов (не всегда в составе специалистов «ЦНИИП Минстроя России»).

В настоящее время ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России», опираясь на деятельную энергию своего генерального директора М.М.Чабдарова, готовит предпосылки для расширения своего участия в создании  документов стратегического уровня как на инициативной основе, так и в рамках действий по ФЗ-44 с учетом конкурсов на разработку проектной документации.

- Александр Сергеевич, Вы – известный спикер по градостроительной тематике. Давайте рассмотрим перспективы градостроительной  доктрины Российской Федерации, о которой сейчас много говорят, но все - по-разному.  Что это за документ и для чего он нужен?

Последние годы специалистами предпринимались неоднократные и слабо согласованные между собой усилия по подготовке различных вариантов градостроительной доктрины России. Ни один из вариантов не получил сколь-нибудь заметной поддержки вне круга его, варианта,  разработчиков.

Действительно, подходы различались принципиально, сходясь, как правило, лишь в разделе фиксации существующего положения, хотя и воспринимаемого в причинно-следственных зависимостях по-разному, от поиска первопричин в регламентном зонинге до экологического романтизма. 

Свой подход к содержанию   градостроительной доктрины страны, я изложил в целом ряде статей и записок,  многие базовые содержательные моменты подхода были положены мною в основу Федерального закона №3295-1 «Об основах градостроительства в Российской Федерации» 1992 года. Процитирую  закон: он «устанавливает основы федеральной  градостроительной  политики  и  наряду  с  законодательными  и  иными  нормативными  актами  Российской  Федерации  и  субъектов   Федерации  формирует  базу  правового  регулирования  градостроительства в целях обеспечения благоприятных условий   жизнедеятельности  человека   и  общества, эффективного  формирования систем  расселения и  размещения  производительных    сил,    рациональной    планировки,  застройки  и благоустройства городов, других поселений, развития  производственной  и социальной инфраструктур, бережного природопользования и сохранения  историко-культурного наследия».

Мне по сию пору представляется, что это наиболее короткое изложение содержания градостроительной доктрины, которой должен руководствоваться  весь корпус правового обеспечения градостроительства как «деятельности по  пространственной  организации  систем  расселения,  направленной   на  развитие  городов  и  других   поселений, создание  условий  для   их  территориального развития, формирование производственной, социальной,  инженерной и     транспортной инфраструктур, строительство, реконструкцию, ремонт и реставрацию, переоборудование,  модернизацию,  иное  функциональное  изменение  зданий,  сооружений и их комплексов,  объектов  благоустройства,  озеленение,  изменение  размеров и границ  земельных участков и другой недвижимости» (статья 1.1 этого ФЗ).

Придерживаться данной линии мне удавалось при подготовке    Градостроительного кодекса Российской Федерации, действовавшего в период 1998-2004 гг. и «Генеральной схемы расселения на территории Российской Федерации (Основные положения)», одобренной 15.12.1994 г. Правительством РФ.

Сегодня я сохраняю уверенность, что доктринальные положения, включенные в Федеральный закон «Об основах градостроительства в Российской Федерации», остаются   справедливыми с позиций  понимания градостроительства, свойственного  нашей российской цивилизации. Всю конкретизацию, связанную с вопросами  недвижимости, видами документации и т.п.  можно   отнести к   техническим, то есть,  информационно-цифровым и формализуемым действиям, гарантирующим реализацию заявленной доктрины.

Выработанная позиция определила содержание  первого Градостроительного кодекса Российской Федерации, действовавшего в период 1998-2005 гг. с его нацеленностью на формирование рациональной пространственной организации систем расселения вместе с размещением производительных сил, развитие  городов, сел, создание условий для их территориальной оптимизации. Оперирующим инструментом  принималась система нормативов, инструкций, правил  федерального, регионального и муниципального уровней.

- Какие еще основные документы сегодняшнего градостроительства были разработаны при Вашем участии? 

- С начала 90-х шла работа по подготовке Генеральной схемы расселения на территории РФ, выполнявшейся  творческим коллективом из специалистов проектных институтов Министерства строительства, архитектуры и ЖКХ, учреждений министерства экономики РФ и ряда других министерств и ведомств. Генсхема была одобрена  Правительством РФ 15 декабря 1994 г. (Протокол №31) в качестве  «концепции общенациональной многоцелевой программы, основные положения которой в новых геополитических и социально-экономических условиях должны   стать базовыми при создании федеральных и региональных целевых программ развития и территориальной организации пространства России» (Постановление Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 февраля 1993 г. № 160).

В сущности, за этот период была подготовлена   система федеральных законов и государственных документов в сферах  градостроительства, жилищного строительства, гражданского, земельного  законодательства, увязанных между собой. Так, Федеральный закон от 24 декабря 1992 года N 4218-1 «Об основах федеральной жилищной политики»   закреплял  право собственности  на жилище («билль о правах на жилище» как мы назвали его тогда), вводил  понятие «недвижимость в жилищной сфере». Закон стал основополагающим для формирования новой жилищной практики в течение более десяти лет (Градостроительный кодекс, Гражданский кодекс, Жилищный кодекс, законодательство о приватизации жилья и др.).

Готовилась первая  Федеральная целевая программа «Жилище» (1992 г.), заявившая, что  «в соответствии с Федеральной целевой программой "Жилище" основными направлениями структурных изменений в архитектуре и градостроительстве в ближайшие годы являются постепенный переход преимущественно на малоэтажное строительство с сохранением многоэтажного жилищного строительства для зон крупных и крупнейших городов и сокращение объемов панельного строительства за счет расширения производства местных строительных материалов», что в свою очередь требует «структурной перестройки базы стройиндустрии и промышленности». Именно так фиксирует Постановление Правительства РФ от 19 июня 1994 г. № 708 те положения, которые остаются значимыми и сегодня. 

Началось развитие массового «малого» строительства, индивидуальное жилищное строительство   стало набирать высокие темпы роста.

- Расскажите о динамике индивидуального жилищного строительства в конце 90-х и сейчас. Планируется ли новый прорыв в осмыслении нужд российских граждан в градостроительстве ХХI века?

- Интересно, что основная содержательная часть работы осуществлялась в составе Министерства архитектуры, строительства и ЖКХ (с 1994 года - Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации).

Проектные институты были погружены в хлопоты приватизации, заполнением портфелей  заказов, профессиональная жизнь градостроителей стала не только меняться, но и резко уменьшаться по объему, став жертвой поиска средств для выживания.

В Минстрой России были приглашены лучшие специалисты отрасли, в результате чего сформировался весьма деятельный коллектив, взаимодействующий с законодательными и  исполнительными органами власти РФ,  экспертами проектных и научных организаций.

Занимая в ту пору должность первого заместителя министра, я имел очень хорошие возможности для выполнения обширного объема  системно выстроенной работы в сотрудничестве  с коллегами. Но взлет и порыв постепенно сходили на нет в условиях общего падения тонуса экономики, падения объемов строительства, смены приоритетов.

Тем не менее, на новые позитивные события мы должны рассчитывать обязательно, должны их готовить и начинать проводить в жизнь.

- Сразу возникает следующий вопрос: каковы, на Ваш взгляд, перспективы градостроительства в России, и что может сделать в этом направлении «ЦНИИП Минстроя России»?     

- Во-первых, подтверждаю свою позицию, что содержательная, доктринальная перспектива развития отечественного градостроительства была вполне удовлетворительно развернута исходно. Далее новыми, организованными при нашем прямом участии, институтами, прежде всего – Институтом экономики города, - была проведена большая работа по кодификации нескончаемого моря вопросов, вырастающих из факта введения права собственности на недвижимое имущество, включая объекты обеспечения  жизнедеятельности  городов и комплексов инфраструктуры.

В декабре 2004 года был принят новый Градостроительный кодекс РФ, действующий, с учетом   регулярно принимаемых дополнений и изменений,   по настоящее время. Был разработан и принят большой объем правовых актов и документов, содействующих проведению в жизнь новых социально-экономических реалий. Безусловно, достигнуты определенные успехи. Но существует и много сфер, недостаточно затронутых   общественным вниманием.

Конечно же, предпринимались и предпринимаются усилия по выстраиванию новой системной или хотя бы связной картины развития градостроительства, погруженного  в  потоки  массовых процессов. Самые из них наглядные: скучивание (вокруг Москвы, Санкт-Петербурга –   близкое к катастрофическому) в агломерациях мегаполисов без адекватной инфраструктуры; продолжающаяся  депопуляция восточных территорий;   нарастающая (угрожающая) экологическая задолженность; коммерческое строительство и контроль, закрывающие глаза на все принятые когда-то нормы, упадок промзон, моногородов и много других тревожащих изменений. 

Но всякое наглядное являет собой то или иное отражение глубинного. Таковым стал инвестиционно-доходный принцип «развития» (development),   то есть принцип интереса в получении максимального финансового  эффекта  от оплачиваемых инвестором изменений – строительства, реконструкции, оборота либо  использования недвижимости как имущества. Идет поиск регулятивных мер балансировки частных, общественных, государственных интересов, и этот процесс завершения иметь не будет, следуя за динамикой их вечно меняющегося   соотношения между собой.

Начну, на мой взгляд, с основного – проблем оптимизации и развития национальной системы расселения и размещения производительных сил страны.

Фундаментальна эта проблема потому, что, во-первых, она отражает факт поддержания территориальной целостности страны. Отпадение каких-либо территорий в силу неспособности их удерживать  несовместимо с  суверенной исторической судьбой России. И, во-вторых, – она  является мощнейшим инструментом поддержания социальной,  демографической и геополитической устойчивости  страны в очень проблемном сегодня мире.

Действительно, чем дальше к западу и южнее по широте будет сдвигаться условная  точка равновесия по распределению    населения   на территории страны, тем очевиднее характеристики процесса: западная часть нагружается больше и больше, восточная – пустеет. Если не удастся сделать Дальний  Восток привлекательным местом для постоянной жизни, то остановить отток населения не получится, территория будет проседать демографически и экономически.

Все транзитно-экспортно ориентированные объекты после  завершения строительства будут нуждаться в относительно небольшом числе  рабочих мест для местного населения. Собственники объектов обеспечат всем необходимым своих работающих без оглядки на социальную сферу в целом, да и не их это забота. Они платят налоги. Чем заниматься на территории? Какие инвестиции, кроме государственных бюджетных средств, могут быть  привлечены к созданию полноценного долгоживущего социально-экономического организма, запуска демографически и качественно растущей популяции дальневосточных жителей?

Подобные вопросы касаются многих регионов и очевидно, что подход, в зависимости от региона, будет разный.  Кратко остановлюсь на двух из них, чтобы показать конкретность отвечающих региональной специфике подходов.

Что необходимо сделать для того, чтобы жизнь на Дальнем Востоке  стала предпочтительна в конкуренции с другими регионами?  Очевидно: создать лучшие условия жизни. Каким образом? Создать системы  городов, других  мест расселения с достаточным уровнем и качеством жизни в поколенческих расчетах семей.

Должно опознаваться первенство расселенческого, жизнеустроительного начала, совмещающего  наличное, данное  сегодня с возможностью расти - для  детей,  полностью осуществляться - для взрослых, пожилых. Это – работа, образование, медицина, физкультура, природа, дача, качественное жилье. Всё в доступных пределах досягаемости.

Такие возможности предоставляют урбанизированные территории – агломерации природных, производственных, социальных и жилых объектов, объединяемых   внутренней инфраструктурой с городом-центром, подключенным к системе федеральных и межрегиональных   связей. Сгусток-конгломерат природы и города, с плотным ядром и расходящейся периферией пространств садово-дачного, производственного и жилого назначения,  привязанный к федеральному и международному дереву коммуникаций,  может стать максимально удобной формой жизненного обустройства. Растущее оседлое население позволит размещать здесь предприятия передовых индустрий и технологий – то есть,  не только экспортно-сырьевой либо обслуживающей транспорт  направленности.

- Дальний Восток и Балтийский макрорегион – сферы Вашего пристального интереса. Какие стратегии развития этих регионов Вы считаете перспективными на сегодняшний день?

- К смысловой сердцевине стратегий развития Дальнего Востока следует отнести преимущественное развитие сложившихся агломераций сращивания многоквартирной городской и частной индивидуальной  застройки, производственных объектов и садово-дачных хозяйств. Ведущим принципом привлечения народонаселения на Дальний Восток может стать обеспечение максимально благоприятного жизнеобустройства за счет выхода на институт «стандартного ипотечного пакета жителя Дальнего Востока», включающего договорное кредитование строительства дома с участком, плюс машина-школа-медицина с встречным обязательством квалифицированного труда.

Мне представляется, что производственный профиль, например,  Комсомольска-на-Амуре позволяет рассчитывать на такой подход с тем, чтобы город стал производственным драйвером развития макрорегиона.  Продолжим цепочку: Хабаровск – столичный город федерально-краевого ранга; Владивосток – свободный порт, база, ДВФУ, наука; Циолковский – космос; Петропавловск-Камчатский – база и предприятия; Сахалин – остров будущего и т.д.

На уже сложившейся сети городских агломераций, больших и малых, транзитных и терминальных, портовых морских и речных уже фактически сформирована система расселения, которую нужно лучше адаптировать к новой  реальности, в которой экономика семей, домохозяйств, малых имущественных комплексов становится определяющим фактором обеспечения устойчивого развития территорий.    Для Дальнего Востока это тем более справедливо, что стартовавшие большие инвестиционные проекты могут инициировать практику стандартных ипотечных пакетов.

Основы государственной политики регионального развития РФ на период до 2025 года предусматривают наличие программ территориального развития макрорегионов. Такие программы должны стратегически соподчинить и координировать административно разобщенные документы стратегического и территориального планирования регионов, муниципальных образований городов, поселений, районов. Дальний Восток обладает всеми организационными возможностями в реализации такого шага.

Остановлюсь на еще одном макрорегионе – северо-западном экономическом районе Северо-западного Федерального округа и города Санкт-Петербурга.

Сходство с Дальним Востоком я вижу в том, что здесь реализуются, либо уже реализованы крупнейшие инвестиционные проекты, например, порт Усть-Луга с ожидаемым оборотом около 200 млн. тонн грузов в год и объекты энергетической инфраструктуры, например, ЛАЭС-2. В географо-геополитическом плане основной посыл –  проявление макрорегиональной  идентификации Балтийской России. Санкт-Петербург как крупнейший город мирового ранга с исторически уникальной судьбой становится центром,  якорем и генератором инновационного развития георегиона, включающего Калининградскую, Ленинградскую, Псковскую и Новгородскую области – Балтийскую дугу России.

Вот некоторые из практических  установок стратегии:  

а) создание устойчивой регулярной коммуникационной связи Санкт-Петербург -  Калининград (паромный и скоростные виды морского транспорта) с возможностью взаимно использовать рекреационный и туристический потенциалы Калининградской, Ленинградской областей, Санкт-Петербурга, Пскова и Великого Новгорода;

б) снижение миграционного давления на Санкт-Петербург за счет перераспределения миграционных потоков при усилении внутренней связности коммуникаций Балтийской России;

в) усиление инвестиционных оснований для новых проектов в условиях мощного макрорегионального  энергетического, портово-логистического, социального комплекса;

г) возможность осуществления новых форм градостроительства  на свободных территориях подсистем расселения Кингисепп – Усть-Луга – Сосновый Бор и других территорий Ленинградской, Псковской, Новгородской областей  для реализации принципов индивидуально-усадебного жилищного обустройства населения, имеющего   якорные жилые объекты (малые квартиры) в городах;

д) отработка сетевой многовариантной туристической карты турпродуктов на территории  Балтийской России и планомерное развитие экономики туристической индустрии.

Перечисленные позиции могут быть учтены в программе территориального развития макрорегиона, включающего пять субъектов РФ, как части территории СЗФО.

- Александр Сергеевич, проблематика Ваших научных интересов  выходит далеко за рамки одного интервью.  Подведём промежуточный итог: куда сегодня стремится российское градостроительство?

- Конечно,  в одном интервью нам удалось затронуть лишь вопросы исходной ориентации отечественного градостроительства, связанные непосредственно с жизнью России как глобального субъекта.

Приведенные примеры показывают некоторые из направлений в составе стратегии пространственного развития России, которые могут, по моему мнению, быть отнесены к укрупненным перспективным направлениям.  

На других уровнях детализации должны рассматриваться вопросы комфортности, этажности, адекватного нормативного обеспечения строительства, социальных и экологических параметров городской и сельской среды.

Биографическая справка: Кривов Александр Сергеевич

1964 - 1972 гг. – проектная работа, Санкт-Петербург;

1972 – 1977 гг. – главный архитектор Мангышлакской области, г. Шевченко (Актау), Казахстан;

1977 -1986 – главный архитектор, заместитель директора института ЛенНИИпроект, Санкт-Петербург;

1986 - 1990 гг. - Заместитель председателя Госкомитета по архитектуре и градостроительству СССР;

1988-1989 гг. – Председатель Государственной комиссии по восстановлению Армении после землетрясения 7 декабря 1988 года;

1990 - 1995 гг. - Первый заместитель министра строительства и архитектуры России;

1997-2000 гг. - Руководитель  Проекта реконструкции исторического центра Санкт-Петербурга;

 2001-2016 гг. - Директор ЗАО "Национальный градостроительный институт";

2016 г. - н.в. – Научный руководитель ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России».

Лауреат Государственной премии Российской Федерации.

Почетный архитектор России.

Академик Международной академии архитектуры,

Автор и руководитель многих архитектурных и градостроительных проектов, в том числе:

60-е годы ХХ в. – Санкт-Петербург, проектирование и авторский надзор за строительством  новосибирского Академгородка, городов Навои, Шевченко, Дубна;

70-е годы – Мангышлак (первый реактор БН-3500, новый город Шевченко, ныне Актау), руководитель работ по схемам промышленного и градостроительного  развития региона;

1986-1990 гг. – Москва, градостроительство, жилищное строительство, в т.ч. 1988-1989 гг. – председатель ряда правительственных    комиссий по восстановлению Армении после Спитакского землетрясения;

1990-1996 гг. – руководитель разработки Генеральной схемы расселения на территории РФ (одобрена, Госпремия РФ 1998 г.), ряда  федеральных законов, программ и нормативно-инструктивных документов, а также проектные  работы регионального уровня  (Санкт-Петербург, Сочи-Красная поляна, Красноярский край, Владивосток – о. Русский, Севастополь, Республика Крым и др.).

В настоящее время – научный руководитель ФГБУ ЦНИИП Минстроя РФ, Президент АНО "Национальное градостроительное общество"

ИСТОЧНИК

Прочитано 269 раз
Яндекс.Метрика